...и быть только на пути Аллаха!

Оригинал взят у desert_lion в post

Оригинал взят у alifammara в post

«Вы знаете, почему у льва всегда получается так ловко хватать газель, несмотря на то что газель быстрее, чем лев? Очень просто: газель в своём беге часто поворачивает то налево, то направо, и это делает её более уязвимой, а лев очень хорошо знает, куда идёт, не меняя своего направления…
Он движется только выбранным им путём…
Когда вы будете на пути Аллаха, не меняйте своё направление часто — то влево, то вправо.
Не разрушайте себя посредством этой Дунья и поставьте себе задачу — быть только на пути Аллаха».

Шейх Абу Исхак аль-Хувейни (шифакаЛлах).

РПЦ-ФСБ: Заткнуть диакона Баранова

Тамбовский диакон Сергий (Баранов), выступивший против преследования участниц Pussy Riot, оказался под прессом ФСБ, РПЦ и областной администрации. Ему тактично угрожают.

История с диаконом Барановым громыхнула в начале недели.
В открытом письме (он разместил его в своем Фейсбуке) диакон Сергий попросил патриарха Кирилла снять с него сан — в знак несогласия с участием РПЦ в преследовании Pussy Riot . И добавил: «Находиться в одной Церкви с лжецами, стяжателями и лицемерами считаю для себя совершенно невозможным из соображений этики. Я дорожу своей верой, но остаться после случившегося в РПЦ означало бы, что я одобряю их действия и,следовательно, соучаствую в них». В ответ Церковь заявила сначала, что никакого диакона Баранова в Тамбове не существует. Но наличие Баранова уже установили журналисты. И от Церкви последовало новое заявление: в специальном пресс-релизе диакона обвинили в алкоголизме и «неблагоговейном отношении к святыням».
И я поехал взглянуть на этого необычного священнослужителя, решившего порвать с Церковью. Пусть и алкоголика, как пытались до сегодняшнего дня выставить Баранова. Приехав, я увидел всю эту систему — в деталях — изнутри. Где деза про алкоголизм— момент, наверное, самый невинный.
Телефон Баранова в эти дни заблокирован. Дозвониться до него не может ни Би-би-си, ни «Эхо», никто другой из центральных СМИ. Раз диакон Баранов не замолкает, власть решила заткнуть его вот хотя бы так.
Заткнуть диакона пытаются местное УФСБ, губернская администрация и топ-менеджеры РПЦ – между ними не видно уже различий. На квартиру к диакону при мне заявился замгубернатора Тамбовской области Чеботарев. И просил «как верующий человек просит верующего» успокоиться, не поднимать шумиху в регионе и не лезть в политику. Предупредил, что вот-вот нагрянет ФСБ. Затем видел убегающих от моего диктофона – как чертей от ладана – служащих тамбовской епархии РПЦ. Как вороватые чинуши, отцы в рясах прятались от меня в офисе этого областного филиала РПЦ.
Общался я и с главой подразделения общественных связей УФСБ по фамилии Шитов. В день моей встречи с Барановым он обзванивал его знакомых и транслировал через них «серьезнейший интерес ведомства» к диакону. Знакомые вдруг начали звонить и звонить, сообщая об этом интересе. А диакон, побледнев в какой-то момент, побежал за молотком: решил забаррикадировать дверь. О подобных действиях я слышал, но думал, что это бред сумасшедших, одержимых манией. Творческие преувеличения наших диссидентов (и Кавказ-Центра - muslim_site). Наконец, как то, что не работает. Но оказалось — работает. Я сам чуть не побежал подавать ему гвозди…
Потом я звонил этому Шитову и спрашивал: что за интерес-то такой. Но Шитов как ни в чем не бывало говорил, что нет никакого интереса.
— Ну так пьет он там? — осведомился напоследок чекист. — Адекватный вообще? А то мне для себя просто интересно.
«А для работы — нет?» — хотел я было спросить, но передумал.
Наконец, лично наведывался к нему, как и было обещано, тайный агент. Подвидом репортера «РБК daily» Олега Павлова пришел молодой человек с невыразительным лицом, в белых туфлях и черных носках. Спрашивал про отношение диакона к Путину, Навальному и митингам. Спрашивал меня — с кем еще собираюсь здесь повстречаться. Обещал затем выйти на связь, но испарился. В «РБК daily» сообщили, что никакого Олега Павлова них нет.

С диаконом Барановым мы встречаемся у него дома. Просторная двухкомнатная «сталинка» в центре Тамбова. На стенах — репродукции итальянских живописцев. С кухни тянет табачным дымом. Курит мама, Ольга Валерьевна. Генеральская дочка, вдова одного из руководителей облисполкома. Квартиру эту купили полгода назад. До этого почти семь лет прожили в доме в Волгоградской области, куда переехали после череды семейных несчастий. Сначала умер старший брат Баранова, а спустя полгода отец. «И вот полгода только, как вернулись в Тамбов, — рассказывает Ольга Валерьевна, пуская дым. — Сережу очень тянуло сюда. Он так хотел снова служить. Но я отговаривала, как могла, и все равновернулись».
За сигаретой тянется и сам отец Сергий Баранов. Высокий, худощавый,с ясным взглядом. 38-летний диакон почти совсем седой. И без бороды. «Как заштатный священнослужитель бороду могу не носить», — объясняет Баранов. «Но выглядите, — говорю, — не по-православному». «Зато спать удобно».
В священнослужители Баранова рукополагали в 1994 году. Ему исполнилось только 20, заканчивал второй курс Саратовской семинарии, встречался с талантливой скрипачкой. Уже тогда он считался одним из лучших знатоков богословия в области. И епархия решила перевести его в знаменитую Киевскую семинарию. «Правда, потом пришлось переводиться на заочное. Служителей тогда в Церкви было совсем мало. И мне сказали: надо скорее рукополагаться». Рукополагал его архиепископ Тамбовский Евгений. «Владыка был мне как отец родной. Онв 1987 году прибыл сюда служить. И я тогда, 13-летним мальчишкой, прибился к церкви, ходил на все его службы».
Уходил со службы Баранов уже при новом владыке — епископе Феодосии. За штат хотел сам — в 2003 году перед отъездом в Волгоградскую область он добился от Феодосия «отпустительной грамоты». Грамота эта позволяет отправиться служить в любую другую епархию без канонических препятствий. Но на новом месте Баранов решил не входить в штат, а лишь помогал Урюпинскому приходу. Организовал молодежную секцию, работал в воскресной школе. «Даже газету издавали — «Урюпинский благовестник». И до сих пор я туда статьи пишу».
— Как он любил церковные службы! —перебивает, не выдерживая, мать. — Каждое утро из ванной будил нас своим баритоном! Тренировал голос! Акак его обожали прихожане!
Ольга Валерьевна приносит фотоальбомы, где Баранов на службе — с бородой и в рясе, чернявый, красивый и уверенный, — «похож скорее чем-то на ваххабита».
— К тому же я хорошо знаком с мусульманским богословием. Из-за этого ко мне дважды даже приходили, сначала из тамбовской ФСБ, потом из волгоградской. И просили консультировать их на ваххабитскую тематику. Но меня даже передергивало от одного разговора с ними.
«Я уже знал от наших старых священников, что творил КГБ с Церковью при Советах. Это был ужас. Протоиерей Иоанн Есенников рассказывал мне, как его направляли исповедовать уголовников, а затем требовали отчеты. Я его спрашиваю: «А вы что же?» «Я врал им, — отвечал мне старый Иоанн. — Лучше чекистам врать, чем людям».
Но тогда все церковники вынужденно имели дело с КГБ. Но кто-то меньше, а кто-то и вовсе работал на комитетчиков. Нынешний владыка Феодосий, например, будучи уже заметным в РПЦ священнослужителем, отправился в 1989 году в Западную Германию как бы в рамках программы по изучению немецкого языка. Но при этом объехал Австрию, Швейцарию, Францию, Бельгию, Голландию, Италию. Старики наши опять же говорят, что задание у него было установить контакты с заграничными епархиями. А в 91-м году он стал завсектором зарубежных учреждений Патриархии».

«Первые серьезные сомнения начались еще в Урюпинском приходе. Это середина 2000-х. Я стал помогать местному настоятелю с отчетами. И вот он говорит: одну копию всего отправляй в администрацию области. Они, мол, так просят. А речь шла о том, сколько мы провели крещений, венчаний, отпеваний, исповедей и прочего. И я стал задумываться: зачем все это? Нет уже никакого пресса на Церковь. Нет КГБ. Но Церковь сама и добровольно продолжает служить власти».
— И вы заметили это лишь в середине двухтысячных, отец Сергий?
— Потому что я не был настоятелем, благочинным, не знал просто! Я диакон. Но когда окунулся в будни рядовых священников, остолбенел… Но больше всего меня доставала внутренняя система. Даже в миру нет такой жесткости, беспринципности и цинизма, как в Церкви. В миру хоть есть куда пожаловаться, да хоть в профсоюз. А у нас, если ты с чем-то не согласен или проявляешь чрезмерно инициативу, сровняют с землей и уничтожат. Был у нас такой отец Романов, бывший пожарный, крепкий мужик, и с такой глубокой верой, что все восхищались. Но в семье у него пошел разлад. Он постоянно на службах, почти каждый день, домой только спать, а жена, невоцерковленная, не очень понимала. Ей нужен был муж. И вот допустил Романов проступок — перед евхаристией вступил с женой в плотскую связь. Но не стал этого скрывать.
Так на епархиальном совете его за это подвергли такой выволочке и унижению, что бедный батюшка слег в психушку. Его запретили в священнослужении, просто задавили, уничтожили, упекли на полтора года. Вышел из клиники он уже не человеком, а юродивым. И я сейчас вижу, как до храма его провожает мама, а ведь он так и остался в сане. Это был конец 90-х, и я тогда впервые стал свидетелем, как тоталитаризм крепнет в нашей Церкви.
— Крепнет? Считаете, раньше в РПЦ такого не было?
— Было, наверное. Но при Советах я видел, как священнослужители держатся друг за друга. Словно одной цепью связаны, и архиерей на нашей стороне, хоть и согласован с уполномоченным был. Потом наступило свободное лихое время, 90-е. Строились церкви, было так много работы и такое воодушевление, что мы не обращали на мелочи внимание. Архиепископ Евгений возводил всюду храмы, и главная его стройка была — здание Тамбовской епархии. И вдобавок Патриархия отдала ему Нижегородскую епархию. Владыка разрывался, и тут помощником ему вызвался прибывший из Москвы отец Феодосий. Владыка Евгений доверял ему, но пронять не смог и не успел. Только незадолго до смерти сказал мне: «Какую же змею я пригрел»…
Волнительно, иногда срываясь, Баранов рассказывает о ситуации внутри Церкви. О вырождении РПЦ при Кирилле, корыстолюбии священников, тесных связях с властью и лицемерии архиереев. И осторожно, даже шепотом — про Путина, коррупцию, гнилой суд — и тут же добавляет, что это не совсем для печати.
— Не пойму, вы что, Путина боитесь больше, чем Кирилла?
— Да нет же! Я же просто не могу рассуждать о светской жизни и политике, пока еще являюсь священнослужителем! — расстроился диакон. — Нельзя! Пока еще я в сане, не могу.
— А Pussy Riot — это не политика?
— Pussy Riot — это для меня последняя капля, когда Церковь окончательно смешалась с мирской жизнью, вышла в свет. Все мои знакомые батюшки тоже возмущаются,но это, знаете, дальше кухонных разговоров не уходит. Все боятся говорить вслух. Меня это так раздосадовало: ну что ж, до смерти молчать-то?! Нет. Я буду вслух.
— Вас уже назвали за это алкоголиком. Что дальше?
— У меня же ничего нет, что можно отобрать: ни прихода, ни бизнеса! Только имя. А его будут чернить, я знаю как. Против «внутренних» несогласных система всегда использует тот же набор приемов, что в советское время против диссидентов применял КГБ. Службисты в советское время так мощно прессовали Церковь,что она вся пропиталась духом и манерами ГБ. А потому и заимствовала их приемы. Так что все несогласные у нас — это алкоголики, (moderated)-развратники, гомосексуалисты, сумасшедшие…

Баранов снова достает сигарету. А я уже представляю, сколько пересудов вызовет эта его человеческая привычка. А безбородость? Да и вообще…
Первое его образование — духовная семинария в Саратове, а потом и в Киеве. Сейчас получает светское — заканчивает юрфак Тамбовского университета. Идет на красный диплом, а по выходным — в храм. О церкви и ее роли рассуждает со светских позиций, а о недоброжелателях — с милосердием. У него нет дорогой машины, нет вообще никакой, и он не против Мадонны с Гарри Поттером. В нем вообще умещаются вещи, как кажется многим, для нынешнего глубоко верующего нехарактерные. Гражданская этика и христианские принципы. Иконы на подоконнике, на экране — фейсбучная лента…
До встречи с отцом Сергием я, конечно, уже не имел — и давно — никакой веры в РПЦ. И, кажется, потерял ее вообще. Эту веру. Но пообщавшись с Барановым, мне захотелось снова ее найти. Осталось только разобраться с РПЦ.
Здание Тамбовской епархии — это монументальный особняк на набережной. Вдохновитель стройки архиепископ Евгений завершения ее так и не дождался, скоропостижно умер в 61 год. Незадолго до смерти, по рассказам местных журналистов, резко перестал ладить со своим викарием, тем самым епископом Феодосием. А спустя некоторое время после смерти Евгения прямо по соседству с офисом епархии возник роскошный коттедж, в котором и поселился Феодосий. К коттеджу сейчас никак не пройти. А вот двери епархии открыты. Я пытался встретиться с отцом Константином, главой информационно-издательского отдела и главным спикером епархии. Но общаться этот бывший военный почему-то не захотел, а только вынес мне в вестибюль пресс-релиз с обвинениями Баранова в алкоголизме и отправился обратно в кабинет. Я пошел за отцом следом. Но отец вдруг подался резко в сторону и побежал — сначала по коридору прямо, потом назад, мимо меня. Наконец, взмыл по лестнице на второй этаж. При этом он кричал: «Отстаньте-отстаньте вы от меня!» Из других кабинетов вышли другие священнослужители и тоже заторопились куда-то наверх. С отцами церкви явно было что-то не то. Я решил дождаться о. Константина в его кабинете.
Внутри кабинет был похож скорее на ньюсрум какой-нибудь «Афиши» или «Большого города». На столах новые «Макинтоши», стены увешаны разноцветными напоминалками. Какой-то молодой священнослужитель играетна айпэде в «энгрибердс», а на его «маке» открыт фейсбук. Увидев меня, отец выключил «птичек» и стал снимать меня на телефон. Жаль, лучше бы, конечно, рассказал про алкоголика Баранова. А отец Константин в кабинет так и не вернулся. На столе осталась связка ключей и брелок от «Лендкрузера».
Вскоре после визита в епархию активизировалась возня у дома Баранова. Под окнами встал тонированный микроавтобус. По телефону с диаконом связался заместитель губернатора области Алексей Чеботарев. А через 10 минут он уже и вовсе стоял на пороге. Это был пухленький румяный чиновник лет 35. «Ну здравствуй, Сережа!» — сказал Чеботарев.
Меня ему представили как старого друга из Москвы. Но говорить при мне Чеботарев все равно не решился и увел Баранова в другую комнату, где — так получилось — тоже записывал мой диктофон.
Чеботарев: Не собираешься ли куда-нибудь уехать?
Баранов: Я сейчас живу почти в затворе, никуда не выхожу.
Ч.: Если нужна будет моя помощь — можешь всегда на меня рассчитывать.Я всегда буду рад тебе помочь.
Переходят в другую комнату.
Б.: Мое открытое письмо носит сугубо церковный характер!
Ч.: Это да, но ведь речь идет о «ПуссиРайот», дело имеет уже международный характер. И твое письмо могут использовать как политический призыв. Ты как бы идешь против власти. А это уже касается самого Путина. Имидж страны.
Б.: И что, ты считаешь, здесь нужно мне сделать?
Ч.: Тебе нужно отдохнуть.
Б.: Как тут отдохнешь, когда журналисты звонят? Я уже двое суток не сплю.
Ч.: Выключай телефон!
Б.: Меня возможно прослушивают.
Ч.: Конечно. И знают, где ты живешь. И меня уже сколько лет прослушивают. Но я к этому привык. Я на твоей стороне, потому что как верующий человек понимаю твой выбор… Но они к тебе придут. Ведь ты понимаешь, какая сейчас главная сила?
Б.: Конечно, я понимаю. А что они придут? Какова их главная цель? Напугать, прижать?
Ч.: Не думаю. Но тебе дальше жить. Ты главное — их выслушай. Я не думаю, что они придут запугивать. Но в данном случае твое письмо — уже в их компетенции, так как оно косвенно затрагивает сегодняшнюю политическую обстановку. Ты что, не видишь, какая сейчас обстановка?
Переходят в коридор.
Ч.: Ты понимаешь, что тебя может использовать оппозиция? Всякие навальные, удальцовы поматросят и бросят. И потом ты будешь никому не нужен. Придется жить с самим собой и одному как-то справляться.
Б.: Я сделал свой выбор и понимаю, на что я шел.
Провожает Чеботарева за дверь.

А через десять минут в дверь позвонил тот самый репортер «РБК daily» Олег.
И мы вместе стали ждать, когда же к нам нагрянут люди из ФСБ. Время было позднее. Добродушный диакон предложил Олегу остаться на ночь. Да и мне было спокойнее — если что, еще один свидетель.
— А вдруг ночью придут? — уговаривал отец Сергий Баранов. — У вас шикарный будет материал! А?
— Да не придут они ночью! — не выдержал оперативник Олег. И после паузы, спокойно: — А если придут, вы мне звонок, и через пять минут — я уже здесь с камерой!
Зато на следующее утро пришел протоиерей Петр Лукин. Принес распечатанное с фейсбука письмо Баранова и попросил расписаться. «Иначе, — объяснил, — даже в формате открытого письма в Патриархии не принимают».
— Значит, подпись там ставьте, а ниже от руки: «собственноручно написано мной, все сказанное подтверждаю», — ставя галочку на письме, сказал протоиерей.
— Как в прокуратуре? — растерялся отец Сергей.

Новая газета

А нужен ли нам Кавказ?

Мне нравится эта откровенность.
Взято у baikonur113 в А нужен ли нам Кавказ?.

Пишет русский блогер nomina_obscura:

«Нужен ли нам Кавказ? В качестве источника бесправной ИНОСТРАННОЙ рабочей силы, которую мы будем беспощадно эксплуатировать, выжимая из кавказцев все соки, а затем их,больных, сломленных, выжатых, выкидывать обратно в их страны, перекладывая на них медицинскую и пенсионную нагрузку - несомненно. Рабы - это всегдахорошо. Конечно, немного неэтично эксплуатировать другие народы, но, с другой стороны, с учетом уже вложенных в Кавказ денег, ближайшие пять поколений кавказцев должны круглосуточно на нас работать, чтобы хоть немного эти деньги отбить.
Но нужен ли нам Кавказ как неотъемлемая часть нашей страны? Нужен ли нам Кавказ, уже сейчас пылающий в огне бесконечной и безнадежной террористической войны, в качестве полноправного региона нашей страны, за который все мы несем ответственность? Должны ли мы залить Кавказ русскими войсками, чтобы они, раз за разом жертвуя своими жизнями в выматывающих горных боях, перебили всех вооруженных террористов? А мы бы сидели и смотрели видео пыток русских пленных, отвлекаясь на оплату счетов за сожженную бронетехнику и потраченные боеприпасы? Должны ли мы затем залить Кавказ первоклассными менеджерами и социологами (которых у нас и так на всю страну раз-два и обчелся), которые полностью сломают сложившееся там коррупционно-клановое общество и выстроят заместо цветущего средневековья общество модерна с обязательным фундаментом - промышленностью? За наши, само собой, деньги. Должны липосле, скрипя зубами, смотреть на рождение кавказского национализма - сейчас его нет, есть лишь трайбализм, клановое мышление, даже в крошечном Дагестане не удалось создать нацию, хотя этой работой еще при царе начали заниматься - который затем, опираясь на созданную нами промышленную базу, начнет требовать независимости? Должны ли мы идти на политико-экономические уступки созданным нами современным кавказским нациям, поступаясь правами ивлиянием коренных русских регионов ради сохранения модернизированного Кавказа в составе России? Должны ли мы вступать на дорогу из пота, крови, тяжелого труда, тысяч русских убитых, сотен террористических атак и сотенпотраченных миллиардов долларов только ради того, чтобы в конце этого пути прийти к нынешней дилемме - оставить или сохранить?
При том, что неизбежная кровавая Реконкиста (в ходе ломки традиционной клановой системы в горы побегут все бывшие князьки и царьки со своими свитами, это будет десятки тысяч обеспеченных, злых мужчин) со сражениями за каждую сопку, с городскими боями, с кровавыми террористическими банями в русских городах - заберет у нации все силы, в первую очередь духовные, и снимет вопрос о возвращении Белоруссии (10 миллионов человек, почти все русские с региональной идентичностью) и Украины (45 миллионов человек, 95% - русские с региональной идентичностью) ради удовольствия иметь в составе страны крошечный клочок скал с 6 миллионами дикарей, ненавидящих нас до самых печенок.
Нам правда нужен этот чемодан без ручки? Мы правда готовы рубиться по-хардкору ближайшее десятилетие за право обустроить жизнь людей, которые все равно потом подадут в Гаагу, обвинив нас вгеноциде, когда к западу от наслежат бескрайние просторы дружелюбной Украины, чья независимость не гарантирована вообще ничем, чья независимость лишь держится на отсутствии у Кремля яиц? Готовы ли мы навсегда распрощаться с Киевом ради Грозного? С Минском - ради Махачкалы? С Павлодаром - ради Магаса? Или нам надо отцепить полную лодку варваров (это легко - по Конституции они все государственные образованияв составе РФ, надо лишь дать им независимость, "Ликуй, Европа, мы освобождаем угнетенные народы, лол!"), отправив их в свободное плавание, а самим взять курс на остров сокровищ - на Украину?
Иначе говоря, кавказский вопрос не сколько про сам Кавказ, сколько про готовностьухнуть всю энергию нации в реконструкцию змеиного гнезда. Оно нам правда надо? Мы точно никак без змей не проживем? И змеи точно роднее нам украинцев?»

Традиционная тактика и методы ведения войны против Чечни

Оригинал взят у abu_yunus в Традиционная тактика и методы ведения войны против Чечни

Традиционная тактика и методы ведения войны против Дагестана или Черкесов тоже не чем не отличалась.

Оригинал взят у chbarach в Традиционная тактика и методы ведения войны против Чечни

Оригинал взят у alihan55 в Традиционная тактика и методы ведения войны против Чечни

Генерал Ермолов в 1820 году писал: "Чеченцы мои любезные в прижатом положении. Большая часть живет в лесах семействами, в зимнее время вселилась болезнь, подобная желтой горячке и производила опустошения от недостатка корма, по отнятии полей скот падает в большом количестве.
Наши победы доведут нас до последних убежищ злодеев. Я не отступлю от предпринятой мною системы стеснять злодеев всеми способами. Главнейший есть голод, и потому добиваюсь я иметь путь к долинам, где еще могут они обрабатывать землю и спасать свои стада" (цитата по журналу: "Революция и горец, № 6-7, Ростов-на-Дону, 1932г., с. 92-95).

А это отрывок из письма-инструкции императора Николая I генерал-фельдмаршалу Паскевичу в 1829 г.: "Предстоит вам другое, в моих глазах столько же славное, а в рассуждении прямых польз гораздо важнее — усмирение навсегда горских народов или истребление непокорных" (в кн. "Движение горцев Северо-восточного Кавказа в 20-50 гг. XIX в. Сборник документов". Махачкала, 1959 г., с. 58). Российский публицист А. Рогов, исследовавший историю геноцида над чеченским народом, писал: “Фельдмаршал князь Паскевич слал планы покорения горцев:"... Одна мысль лишиться вольности и быть под властью русских приводит их (чеченцев — Л.У.) в отчаяние. Надо нам, войдя стремительно в горы, пройти оные во всех направлениях. В сем случае неприятель, пользуясь ущельями, чащами леса, горными протоками, убежит. Горцы, не имея ни богатых селений, которые стоили бы того, чтобы защищать их, будут оставлять одно место за другим, угоняя свой скот вместе с семейством в отдаленнейшие горные ущелья. В такой войне, гонясь за бегущим и скрывающимся неприятелем, не может быть большой потери, — успокаивал Паскевич императора Николая. — При непослушании отомщать им каждый раз истреблением их собственных аулов и в особенности возмездием плена семейства..."
Прошло уже после Ермоловых, грековых, паскевичей двадцать лет, заполненных убийствами десятков тысяч женщин, детей, стариков — о воинах, о мужчинах и не говорю, — сотнями сожженных селений, а приказы и планы императоров и генералов с присущими российским офицерам и солдатам рвением и жестокостью продолжали претворяться в жизнь.
Вот отрывок из воспоминаний одного из них — подполковника Тенгинского пехотного полка барона Зиссермана: "Мы сбили горцев с прилегающих лесистых высот и обратили их в бегство... Множество отрубленных голов и рук, подносимых начальству, служили доказательством нашего мужества... 13 числа двумя большими колоннами двинулся ниш отряд к большому аулу Кыйсым Ирзау, сжигая по дороге все отдельные попадавшиеся хутора и поселки аулов... Аул после жаркой перестрелки был занят и истреблен дотла. 14 числа весь день кавалерия занималась истреблением по течению реки Босса обширных посевов почти уже дозревшей кукурузы. Косили ее косами и шашками. Сам барон Бревский преусердно работал шашкой, заставляя всех нас делать то же... "
"Мы занялись расчисткой просеки и при этом ходили в ближайшие окрестности разорять чеченские аулы по реке Багуто-Тавлону. Мы рубили лесосеки и жгли ближайшие аулы. Все делалось очень хорошо, без особой суеты, заставляя горцев или покориться или терять лучшие свои плодородные места и уходить дальше в горы, где их ждала нужда и недостаток пропитания... В течение пяти дней ежедневно происходило систематическое сжигание сплошным рядом тянувшихся по Джалке аулов и истребление замечательно громадных запасов кукурузы, проса, сена и пр... Дым от этого пожарища густыми и черными клубами застилал горизонт и невыносимой гарью пахло кругом.
Население бежало в чащи лесов, в горы, в ущелья в паническом страхе, к Черным горам и бедствовало там. Тянувшиеся сплошной цепью по Джалке 17 аулов с огромными запасами были превращены в груды пепла", — два солидных тома, переполненных жутью!
"... Под аулом Карат атаман Баклачев построил два полка в колонну и понесся марш-маршем по поляне к аулу. Земля загудела под копытами тысячи стройно несущихся без выстрелов всадников, а дивизион конных орудий, гремя по мерзлой земле, несся среди этой колонны и в мгновение ока снялся с передков у самой опушки, обдав картечью аул...
Не успели мы оглянуться, аул уже пылал со всех концов, затрещали и стога, скирды, дым густыми клубами поднялся кверху, вой убегающих людей, падающих замертво, сливался с лаем перепуганных собак и кудахтаньем крутившихся под пламенем кур, кричали буйволы, мычали жалобно коровы, плакали надрывно ишаки... ". (Цит. по ж-лу "Революция и горец". Ростов-на-Дону, 1932, № 6-7, с. 92 - 95.)

"Царское командование посылает многочисленные экспедиции для разорения чеченских аулов и истребления их жителей, - пишет русский историк Н. Кровяков. — Жестокости, сопровождавшие эти экспедиции, кажутся неправдоподобными, однако показаниям самих участников экспедиции приходится верить". (Кровяков Н. "Шамиль ", Черкесск, 1990, с. 74).
В подтверждение этого высказывания автор приводит отрывок из воспоминаний российского офицера Полторацкого, в которых описывается зверское уничтожение в марте 1847 года мирно спящего чеченского села Дуба-Юрт. Мы даем полное описание этого кровавого злодеяние в первоисточнике, опубликованном еще в XIX столетии.
"Итак, он мирно спал, а с ним и все население аула, в ту роковую минуту, когда за полверсты от него таился отряд людей, жаждущих крови и мщения.
...Высоко взлетела ракета и, обрисовав спиралью яркий путь свой по темно-серому небосклону, с треском разорвалась на противоположной стороне аула. С разрывом ракеты слилось громкое неистовое "ура ", и ожесточенные, вновь наэлектризованные возбудительными возгласами своих начальников, разъяренные мстители за павших братьев, карабинеры и егеря, страшною волною ворвались в аул, беспардонно на всем пути обливая все теплою чеченскою кровью... Ружейных выстрелов послышалось два, три, не больше, — видно, что в ходу был русский штык, без промаха и милосердия разивший виновных и невиновных. Стоны умирающих, застигнутых врасплох, доносились со всех сторон и раздирали душу. Резня людей всех полов и возрастов совершилась а широком, ужасающем размере...
... Но из всех жителей обширного аула вряд ли кому-нибудь, кроме одного грозного повелителя их Дубы, удалось еще раз увидеть восходящее солнце. При самом отчаянном сопротивлении некоторых, большинство, застигнутое врасплох полунагими, стар и молод, женщины, дети и грудные младенцы утонули в своей крови от остро наточенных штыков, никого не помиловавших, не пощадивших...
Минут десять после начала кровавых действий на улицах и в саклях, когда Меллер подъехал к расположению нашего 3-го батальона, к нему подскакал ординарец его, разжалованный в рядовые, Лауданский, с докладом, что разъяренные солдаты обеих рот не внемлют его убеждениям и наотрез отказываются кого-либо брать в плен. "Избиение в ауле, — добавил Лауданский, — идет страшное, невообразимое!" Меллер отправился к 1-ому батальону, послав ординарца куда-то с новыми приказаниями.
Движимый любопытством поближе взглянуть на разгоревшуюся драму, я толкнул лошадь и пустился по улице, ведущей к двухэтажной сакле, среди аула, но жестоко был наказан за мое малодушие. Глазам моим представились картины ужасного кровавого погрома, жертвы которого, в самых отвратительных позах, своею массой запрудили мой проезд по узким переулкам селения. Гнедой мой, прижав уши, во многих местах отказывался идти далее, и потребовалась нагайка, чтобы принудить его перескакивать через груды тел, водившихся по дороге. И как изуродованы были трупы эти! Там преклонных лет старик с глубокими ранами от штыка о живот и в грудь, распростертый, почти нагой, среди улицы успел уже остыть, возле него, не обращал внимания на кровь, алой струёй бьющую из порубленной руки своей, миловидный мальчуган лет пяти силится криком и слезами добудиться старика, вероятно, деда своего. Здесь, в двух шагах от сакли, совершенно обнаженная, навзничь растянулась красивая, лет 17 девушка. Роскошная черная коса ее купалась в луже крови, а под левым соском девственной груди бросалась в глаза темная, уже запекшаяся трехгранная рана... Несколько десятков тел с отрубленными ногами и руками валялись тут же в разных положениях, обезображенные лица их явно указывали на мученические истязания насильственной смерти, жестоко красившей всех без разбора.
Повернув обратно лошадь и сильно ударив ее плетью, я, не помня себя и зажмурив глаза, стремглав выскочил из этого душераздирающего ада. Уже подскакав к моей роте, я оглянулся назад и увидел высокую саклю Дубы, пылающую со всех сторон. Она как будто послужила сигналом к общему пожарищу, и вслед за ней со всех концов аула вспыхнули все до одной сакли. Густой черный дым и столбы огненных языков с мириадами искр понеслись высоко к облакам, затмив собою красное восходящее солнце ".
Невозможно выразить словами чувство гадливости и презрения по отношению к российскому офицеру, спокойно, в тоне милосердного спасителя рассказывающего о том, как он убил двух чеченских младенцев: видите ли, он хотел их спасти, а они кричали, а ему некогда было возиться с ними, так как скоро будет подан сигнал к отступлению! Типичный пример жестокости и лицемерия российских шовинистов. Посудите сами!
"Однако, как не стыдно было Вам, Кавешников, вмешался Швахгейм, — допустить в ауле зверское избиение неповинных женщин и детей? Ведь Вы могли многих из них спасти. - Нет, трудно было обуздать злобное настроение солдат. Они не слушали ни просьб, ни приказаний, и, опираясь на разрешение командира мстить за убитых товарищей, не давали никому спуску.
Вскочив в одну саклю в дальней части аула, около оврага, я застал молодцов в разгаре работы со штыками. Они перекололи там мужчин и женщин, оставались в живых лишь одни дети. Дай, думаю я, спасу этих малолетков, поистине жаль мне стало невинных душ, и тут же, схватив двух ребятишек лет пяти-шести, вытащил на улицу и, не доверяя их солдатам, повел обоих сам за руки. Что же выдумаете? Кричат пострелята благим матом. Я их утешать, говорю — молчите, вам ничего дурного мы не сделаем, чурек кушать дадим, а они орут еще пуще. Не кричите, все якши будете, говорю им, но ничего не берет. Кажется, дуракам и по-русски, и по-ихнему толковать — ничего не вышло. Ревут, как будто их режут. Как ни жаль их, но ничего не поделаешь. Подадут сигнал отступления, надо собирать людей, а тут вожжайся с этим добром... пришлось прирезать."

Ну правда потом, русские цивилизаторы открывали у нас школы для туземцев,учили нас обращатся с ножом и вилкой,строили города,например,Грозный,открывали театры,библиотеки,т.е нас варваров,тех,кто остался в живых,развернули к европейской цивилизации лицом.Чеченцы, так сопротивлялись благородным манерам,что приходилось их вырезать вместе с детьми.

Мудрость

Оригинал взят у ikrima в Мудрость

Сегодня один человек рассказал о том, как злопыхатели однажды пришли к его матери, чтобы сказать о том, что ее сын (речь идет о нем) находится в списках фсб. Сказано это было, чтобы его мама забеспокоилась. На это мудрая женщина ответила: "это воры бывают на учете в милиции, а настоящие мужчины на учете фсб"